Воспитание «по Лидлофф». Часть 5: Немного опыта воплощения идей екуана

CC bookcover Воспитание по Лидлофф. Часть 5: Немного опыта воплощения идей екуана

Изложенные в предыдущих текстах (Части 1, 2, 3, 4) идеи американской психотерапевта Джин Лидлофф выглядят для современного жителя большого города малоприменимыми. Особенно в украинском обществе, где детей привыкли кутать, закармливать, «воспитывать» и затуркивать. И уделять ребенку внимание, только когда он «сигнализирует» о его недостатке болезнью. Но я лично давно убедился — правды в том, что «делают все», искать не стоит. Смотрю по своим знакомым — у тех, кто, несмотря на истерические крики бабушек, закаливает детей, обливает-обтирает снегом, не прячет от сквозняков, таскает за собой в горы и не кормит лекарствами при любом подозрении на ОРЗ, дети растут здоровыми и, явно, более счастливыми, чем у родителей, которые их всячески ограничивают, прячут и, вместо уделять внимание и привлекать к совместной деятельности, тупят вечерами перед телевизором, «отупляя» и детей.

Согласно теории импринтинга, полученный в раннем детстве опыт становится во многом определяющим для всей жизни. «Программы» детства имеют решающее значение для развития личности, ее успешности и удовлетворенности, счастья во взрослой жизни.

Когда созерцаешь на площадках Киева некоторых молодых мам, иногда складывается впечатление, что дети им страшно мешают жить и они почти ненавидят создания, которые «забирают» их время и требуют внимания ….

«Мы ведем образ жизни, к которому эволюция нас не подготовила … справиться с этими неестественными условиями становится чрезвычайно трудно, потому что наши способности несовершенны через лишения в детстве.» (Jean Liedloff. The continuum concept)

Недоласканный социум

Недоласканность ребенка в первые дни и часы после рождения приводит к чувству одиночества, которое остается на всю жизнь. — Экстраполируя этот тезис на социум, в котором новорожденных детей забирают от матери и относят в другую комнату, где оставляют одиноко кричать в исступлении, имеем … то, что имеем — общество замкнутых в себе равнодушных существ, которым все время чего-то катастрофически не хватает, и мы всеми способами пытаемся это «что-то» отыскать или утопить в бутылке… В этой недоласканности и кроется корень ощущения мира как механического, скучного, неполноценного и равнодушного, ощущения, которое преследует многих из нас на протяжении всей жизни.

То, что, и как мы делаем с детьми «на старте», во многом определяет их судьбу
Один из примеров того, как мы программируем своих детей, этого не осознавая, описан Лидлофф в «эпизоде с бассейном». В одной американской семье родители очень переживали из-за того, что бассейн во дворе ужасно опасен для их ребенка. Они страшно боялись, что ребенок может упасть или броситься в воду. Родители построили вокруг бассейна забор, и всегда держали калитку закрытой. Похоже, что благодаря объяснениям родителей, ребенок, совсем не задумываясь об этом, хорошо понял значение забора и закрытой калитки. Он так хорошо понимал, что от него «ожидают», что однажды, заметив, что калитка открыта, зашел в нее, упал в бассейн и утонул.

В этой истории нам легко понятна «логика» родителей, которые всячески пытались уберечь ребенка и с трудом, если вообще, доступна логика Лидлофф, которая утверждает, что родители в определенном смысле сами «запрограммировали» ребенку императив утонуть в бассейне. На площадках Киева я иногда вижу родителей, которые не дают детям залезать на горки еще и ругают их «не лезь — упадешь!». Согласно Лидлофф и некоторых течений современной детской психологии – при таком «программировании» ребенка шансов, что забравшись однажды на горку, он-таки упадет, гораздо больше, чем если бы ему это все время не повторяли.

По прочтению «эпизода с бассейном» я как раз отправился копать погреб, яма была уже глубиной в мой рост, с вертикальными стенками, но я решил не отгонять полуторагодовалого сына. Он бегал по периметру ямы, иногда приближаясь к краю ближе, чем моему родительскому чувству казалось «безопасным», но я сдерживался и никак не реагировал. Копал я долго, а малыш все время придумывал себе все новые и новые занятия у ямы. Он ни разу не споткнулся, и вообще не проявлял никаких суицидальных намерений или желаний прыгнуть в «пропасть». После этого я стал доверять его собственному чувству безопасности, стал давать играть ножами и другими острыми предметами. За несколько месяцев — никаких травм, только пришлось учить держать ножи, на всякий случай, лезвием «от себя» когда бежит. Мой сосед пошел еще дальше — его трехлетний сын сам включает «болгарку», играет с инструментами, отточенными так, что ими можно бриться, и старается помогать папе во всех его хозяйственных делах. За всю жизнь малыш порезался всего пару раз. Стал осторожным, но интерес к инструментам не исчез. Родители его (которые тоже начитались Лидлофф) считают, что так в нем развивается естественный интерес и «правильное» отношение к труду.

И наоборот — я заметил, что когда приезжают дедушки-бабушки и начинают бегать вокруг ребенка, дергаться и кричать из-за каждой воображаемой опасности, травматизм ребенка возрастает. Он начинает падать на лестнице, где без «бдящих» сам никогда не падал — видимо, действительно, каким-то образом улавливает их мысли о падении и травмах — и старательно выполняет ожидаемое, поскольку континуум «считает», что именно этого от него и хотят старшие.

У других наших соседей «бзик» на тему опасности дочери со стороны сельхозорудий. Они всячески забирали у нее острые предметы, как только ребенок к ним приближалась — выдавали громкие крики «брось» и сами бросались забирать страшный девайс. За пару месяцев такого «тренинга» девочка дошла до того, что начинала рыдать в истерике, как только видела деда с косой. Согласно Лидлофф и ее последователям, после такого воспитания шансов «подружиться с инструментами» в зрелом возрасте у ребенка значительно меньше — вряд ли она станет резцом по дереву или будет получать удовольствие работая острой тяпкой.

В своей психотерапии Лидлофф руководствуется тезисом, что лишая ребенка необходимого ему опыта, мы «программируем» его на раздвоение личности: одна часть живет во внешнем мире, другая постоянно пытается разрулить внутренние конфликты. Вместо этого, если дать ребенку то, что требует «континуум», он вырастет целостным и всегда готовым решать внешние проблемы.

Выводы Лидлофф относительно нашего социума неутешительны — чем меньше культура полагается на инстинкты, и чем больше — на интеллект, тем больше запретов приходится накладывать на членов общества, чтобы его поддерживать. И тем труднее человеку в таком социуме быть счастливым и вести полноценную жизнь. Заложенные в детстве страхи, остаются в бессознательном в течение всей жизни, иногда незаметны, иногда — сильно отравляют экзистенцию и не дают вполне ею наслаждаться. Если взрослый человек отследит свои страхи до момента возникновения, он обнаружит, что в основе страхов лежат события, которые могут пугать только ребенка.

В нашем обществе обычным результатом работы этих страхов есть страдание, старые неудовлетворенные потребности, будто, давят изнутри, мир давит извне, а мы не готовы или недостаточно зрелы, чтобы их преодолеть. Наши попытки «вылечить» это с помощью религии — так называемые «духовные практики» — ритуалы, медитация, молитва — это лишь еще одна форма освобождения от бремени принятия решений — того, что не дает нам достичь спокойного ума — состояния потерянной безмятежности и невинности.

P.S. После прочтения Лидлофф мы с женой решили отправить томик господина Бенджамина Спока на разжигание печи :)

Начало и продолжение:

Воспитание «по Лидлофф». Часть 1.

Воспитание «по Лидлофф». Часть 2: Запугивание родителями и секс при детях

Воспитание «по Лидлофф». Часть 3: Травмы неправильного воспитания

Воспитание «по Лидлофф». Часть 4: Проблема «отцы и дети»

Воспитание «по Лидлофф». Часть 5: Немного опыта воплощения идей екуана

If you found an error, highlight it and press Shift + E or Alt to inform us.


Метки , , , , , . Закладка постоянная ссылка.